Николай Барашков — в прямом смысле «свободный художник», живет по своему внутреннему ощущению, свободному от каких-либо рамок и ограничений, волен распоряжаться своей жизнью и никогда ни о чем не жалеет. Он разносторонняя личность: по образованию биолог, по жизни — фотограф, а также увлекается футболом, рыбалкой, коллекционированием фотоаппаратов и военной формы, разводит кур, гусей, уток, голубей, канареек и прочих птичек, а также держит дома целый зоопарк, от собак и кошек до питонов и хамелеонов. Конечно, за этим стоит внутреннее спокойствие и вера в свои силы, которые дарит ему семья: верная подруга с «дней суровых» — жена Людмила, сын Стас и доченька Даша.

У таких людей в жизни много счастливых стечений обстоятельств, необычных ситуаций и неожиданных событий. Но обо всем по порядку…

Николай, где вы родились, учились?

— Родился в Якутске в 1968 году, но почти сразу родители переехали в Подмосковье и школу заканчивал уже в Егорьевске. С детства любил природу и хотел поступить на биологический. Документы подал в Плехановку в Москве, и даже взял с одного колхоза направление на зоотехника, но моя сокурница тоже взяла направление с этого колхоза и прошла она, а не я. У меня был выбор — стать агрономом, но я хотел быть именно зоотехником. В это время бабушка из Якутска позвала к себе, а в ЯГУ был как раз биолого-географический факультет. Приехал в Якутск, поступил, получил образование биолога и остался здесь.

В советское время действовала система распределения и куда вас направили после окончания ВУЗа?

— Это был 1992 год, распад СССР, сложное для страны время. Меня распределили в Восточно-сибирский научно-исследовательский институт рыбного хозяйства, но он было на грани выживания и меня попросили уступить место пенсионерам, отказав в трудоустройстве.

По направлению подготовки я — ихтиолог. Вспоминаю, как во время практики мы каждое лето ездили в Вилюйский район на Чернышевский рыбзавод. В низовьях Вилюя ловили рыбу (сиг, пелядь), брали икру, оплодотворяли и потом эту икру отвозили на завод. Там столько рыбы было: не было времени спиннинг кидать, все только неводами! Сейчас, конечно, экология не та: как-то удалось после съездить в те края, но там уже совсем другая картина — рыба вся фенозная.

Получив отказ, вы начали искать работу?

— Да. Еще со школы вслед за старшим братом начал увлекаться фотографией. Брат купил «Зенит», это был мой первый фотоаппарат. Так получилось, что увлечение переросло в профессию. Устроился на работу в фотокружок при СЮТ (Станции Юных Техников), где уже работал энтузиаст фотодела Андрей Дмитриевич Бубякин. Тогда это действительно было целое дело — увлекательнейший процесс: «зарядить» пленку, проявить ее в полной темноте, используя бачок, проявитель, фиксаж, затем фотоувеличитель, сушилка, глянцеватель… Потом пришли цифровые технологии и нас потихоньку вытеснили.
Раньше фотографов было раз, два и обчелся. Существовало понятие «профессиональный фотограф», сейчас же каждый, кто взял камеру в руки — уже называет себя фотографом. Все пиарятся, как могут, это в порядке вещей, а у меня даже инстаграма нет. Смотришь — вроде фотограф, а начнешь поближе общаться — а «фотограф» не умеет ни с клиентами разговаривать, ни поставить правильно, ни раскрепостить человека. Наша работа — это же не просто «шлеп, шлеп», нужен и талант психолога, и видение художника.

Читайте также:  Талааннаах учуутал, Далбар Хотун
Лучше быть без колбасы, но быть свободным!

В это время вы и познакомились с Людмилой?

— Совершенно случайно летом на одном из островов Лены. Она с подругой загорала на песочке, я проходил мимо, и не заметив, споткнулся об ее ноги. Начался «обмен любезностями», слово за слово и разговор перетек в другое русло. Нашлись общие знакомые, общие интересы… С тех пор мы вместе. С Людмилой мы сходимся во взглядах и отношении к жизни, может быть поэтому нам легко вместе. Как-то в 2003 году приняли участие в семейном экстрим-проекте «Большое семейное приключение», проводимом газетой «Якутия». Там познакомились с семейными парами, такими же легкими на подъем, креативными, самобытными. Общаемся до сих пор! В первое время встречались почти каждые выходные, вместе ездили на природу, отмечали семейные праздники, помогали друг другу в трудных ситуациях…

Помню с семьей Тумусовых несколько новых годов подряд «дедморозили». Я был Дедом Морозом, Туйара Тумусова — Снегурочкой, а моя жена — обезьяной (как раз был Год обезьяны). На одном из утренников встретил знакомого, разговорились, и он спросил: «Твоя жена Снегурочка?». А я ему: «Нет, обезьяна!».

Лучше быть без колбасы, но быть свободным!

Как сложилась судьба после закрытия фотокружка?

— На тот момент я уже был женат, и вдвоем с женой нам было сподручнее и легче, хотя время было постперестроечное, и все выживали, как могли. Мы зарабатывали деньги на своих идеях: одними из первых сшили ростовые куклы телепузиков и фотографировали детишек в парке, использовали необычный реквизит для съемок — нашего знаменитого 4-метрового питона, который прожил у нас 15 лет, предлагали услугу мгновенного фото, снимали различные мероприятия, свадьбы, юбилеи… Одно время я даже работал на грузовичке в продуктовом магазине. Потом мы с Людмилой работали фотокорреспондентами в газетах «Ил Тумэн», «Эхо столицы» — это было интересное время, тогда меня удостоили звания «Лучший фотограф Дальнего Востока». Но на такой работе чувствуешь себя подневольным человеком. Несколько лет сотрудничал с ЗАГСом: у моих первых молодоженов уже детишки наверно школу заканчивают.

Лучше быть без колбасы, но быть свободным!
Лучше быть без колбасы, но быть свободным!

У вас частный дом, полный разной живности, эдакий мини-зоопарк… Когда вам захотелось свой дом?

— В 2000-ых, как молодая семья, подали заявление на земельный участок, не надеясь ни на что… И нам выделили участок в молодежном поселке «Спутник-2», потихоньку начали строиться. Поскольку около нас озеро, завел уток, гусей, кур. Первые годы мы их не ели, раздавали друзьям и родственникам, но потом поменяли взгляды и сейчас уже можем употреблять в пищу. Все экологически чистое, в том числе и свои куриные яйца. Построил голубятню и развожу голубей, которых частенько используют в качестве подарка молодым на свадьбе. Люди удивляются, но это действительно так: где бы не запустили они голубей — те всегда возвращаются домой. Еще была у меня ворона, 2 года прожила, очень была умная, ела с руки, провожала и встречала с работы, но вдруг исчезла, до сих пор жалею. К животным привязываешься и потом больно расставаться.

Читайте также:  Аан дойду үрдүнэн музыка күнүнэн!

Сейчас у нас на мансардном этаже живут попугаи и канарейки, сокол. В разное время мы держали и хрюшку, и сову, и хамелеона, и сверчков.

Лучше быть без колбасы, но быть свободным!
Лучше быть без колбасы, но быть свободным!

Наверное, каждый ихтиолог — любитель рыбалки?

— С другом частенько ездим на рыбалку, купили лодку. У каждого рыбака свои рыбные места, и у нас — свои излюбленные. Там всегда есть рыба! Много не ловим, только для себя, не из-за рыбы, а ради спортивного интереса! Иногда бывает, что угощаем рыбаков-неудачников. Есть мечта уехать на большую рыбалку на Север или в местность «40 озер» (заповедные места в Вилюйском улусе) — вот там рыбалка так рыбалка! Сейчас времени нет, постоянно работаем, и хозяйство надолго не оставишь.

Лучше быть без колбасы, но быть свободным!

Вы занимаетесь коллекционированием?

— Собираю советские фотоаппараты «Зенит», ФЭД, «Зоркий», «Киев»… В моей коллекции их более 100. Несколько лет назад мою коллекцию выставляли в Краеведческом музее, выставка простояла несколько месяцев. Тогда познакомился с другими коллекционерами, такими же увлеченными знающими людьми. И нам есть о чем поговорить!

Еще есть увлечение собирать военную форму: у меня есть фуфайка 1971 года. Ежегодно семьей стараемся выходить на парад в военном обмундировании. Иногда ко мне даже обращаются с просьбой одолжить в качестве костюмов, так, недавно, коллектив «Мозаики» выступал в моей военной форме в проекте «Время танцевать!», который открывал Вальс Победы.

Однажды еду в автобусе, а на меня девушки смотрят как-то подозрительно. Потом подходят ко мне и говорят: «Как вы на Ленина похожи!». Когда надеваю драповое пальто и кепочку, то сходство, как говорится, налицо.

Лучше быть без колбасы, но быть свободным!

Если рыбалка и коллекционирование — это логично, то откуда взялась тяга погонять мяч?

— С детства, со школы любил играть в футбол. Мне уж 50 и со мной играют мужики и постарше, и они в отличной форме! Радует, что сейчас люди следят за своим здоровьем, отказываются от алкоголя, увлечены спортом. В неделю стараюсь посещать от 2 до 4 тренировок. Я не привязан к одной команде, свободный игрок. Хожу на футбол для себя, ради своего интереса, мне не важны победы в турнирах, награды и призовые места. Это не мой стимул.

В настоящий момент вы вместе с супругой занимаетесь любимым делом в фотостудии «PROFoto»…

Студию мы открыли совместно с Егором Ивановым, который является ее директором и одновременно автором и издателем проекта «Айар Кут». С Егором познакомились во время работы в ЗАГСе, он тоже там фотографировал. Нашли общие интересы по изготовлению фотокниг. Для Якутска процесс был в новинку. Меня он «зацепил» тем, что сам в домашних кустарных условиях начал делать неплохие альбомы. Стали сотрудничать и открыли фотостудию. Сейчас мы расширили горизонты и запустили медиа-проект «Айар Кут», одним из детищ которого и является журнал, который вы держите в руках.

Николай, какие у вас планы или мечты?

— Для себя хотел бы просто поснимать, в любом жанре. Чтобы не коммерческая съемка, в рамках, а только для меня, и снимаю то, что мне нравится. Природа притягивает, конечно. Как-то довелось снимать на Амге, красивые места, был заворожен, поэтому хотелоcь бы на сплав и от души поснимать, ну и заодно порыбачить. Как говорится, лучший снимок впереди!

Sagi Лановая